+7(499)-938-42-58 Москва
+7(800)-333-37-98 Горячая линия

Женская колония иркутской области

Содержание

Женская колония: взгляд изнутри

Женская колония иркутской области

Поселок Бозой — место само по себе удивительное. Находится он, как кажется, в абсолютной невесомости, нигде. Путь от Иркутска занимает около полутора часов езды мимо пастбищ, равнин, небольших холмов. Через полчаса дороги глаз ищет, за что зацепиться, найти ориентиры. Пейзаж, как поставленный на повтор кадр, угнетающе однообразен.

Сам поселок — небольшой клочок земли, просматриваемый насквозь, застроенный неприглядными бараками и домиками. Ни центрального водоснабжения, ни канализации здесь нет. Зато есть «градообразующее предприятие»: две женских колонии ровно посередине поселка и на отшибе — колония-поселение для женщин и мужчин. О жизни колонии № 11 поселка Бозой читайте в репортаже корреспондента IRK.ru.

Между стереотипами и реальностью

Ехать в женскую колонию человеку неподготовленному страшно. Что мы знаем о жизни за решеткой? Представляются замученные женщины с короткими стрижками, мешковатые одежды, стражники на каждом шагу и полная безысходность.

Увиденное поразило несоответствием ожиданиям.
В колонию проходили через несколько решеток, которые открываются только по очереди. Вещи забрали, сотовая связь на территории колонии запрещена.

Взять с собой разрешили диктофон, фотоаппарат и ручку с блокнотом.

Еще до входа на саму территорию зоны нас встретила Татьяна Фролова — начальник колонии.

Время от времени к ней в кабинет с вежливым стуком заходили женщины в платочках и отчитывались, приносили бумаги, о чем-то советовались. Женщины выглядели опрятно: легкий макияж, маникюр, выглаженная форма.

Сначала подумалось, что это служащие зоны, бухгалтеры или прачки, но, позже выяснилось, что заходили заключенные.

Татьяна Фролова — начальник колонии Плакат с жизнеутверждающим призывом Социальная реклама на территории колонии Рядом находится церковь

На немой вопрос — почему заключенные ни капли не соответствуют образу «зечек», Татьяна Витальевна улыбнулась: «Женщины и на зоне должны оставаться женщинами. Потом они выйдут в мир, и наша задача — научить их быть полноправными членами общества. Поэтому за неряшливость их наказывают».

Женские колонии не делятся по видам режима на общие, «строгачи» или особые, а значит, здесь сидят все вместе — убийцы и мелкие воришки, наркозависимые и крупные дилеры, бывшие сотрудники органов и женщины, скрывающиеся от правосудия десятилетиями. При распределении учитываются состояние здоровья и личные качества.

Заключенные живут в разных корпусах и делятся на категории: больные, инвалиды и пенсионеры отделены от бывших сотрудников органов; те, кто показывают положительные результаты и хорошо себя ведут, никак не сталкиваются с нарушителями режима исправительной колонии. А те, кто недавно прибыл сюда, занимают секции «с обычными условиями содержания», то есть ни поблажек, ни ограничений для них пока нет. Каждый корпус — отдельно взятый микромир, огороженный забором, со своими надзирателями.

Рядом с корпусами и на общих территориях колонии заключенные высаживают цветы и облагораживают территорию колонии. Кругом поделки из подручных материалов — разноцветные домики, персонажи детских сказок, украшения.

Сами клумбы выглядят как дипломные работы ландшафтных дизайнеров: встречаются альпийские горки, клумбы в виде стрекоз и даже зеленые скульптуры. У каждой секции стоит беседка, в которой женщины общаются и отдыхают.

При виде незваных гостей-журналистов и начальницы колонии женщины встают и приветствуют нас «по форме», а потом стараются поскорее отвернуться, спрятаться друг за друга. Такая известность им не нужна.

Весь этот антураж никак не укладывается в страшное слово «зона», которое в нашей стране вызывает ужас на генетическом уровне. Слишком тут уютно, до педантизма чисто.

Татьяна Витальевна сетует: «Выходит про нас статья, а потом начинаются жалобы — что это у вас лучше, чем в детских домах и домах престарелых? Курорт, а не зона». И тут же поясняет, что зона живет строго по законодательству.

Никаких поблажек у здешних заключенных нет, никто их с ложки не кормит. И наказывают, конечно, за провинности.

За газоном на территории колонии тщательно следят Место отдыха Разноцветные клумбы приветливо улыбаются

Вплоть до 2011 года в колонии, здесь не было ни туалетов в корпусах, ни водоснабжения. Женщины сами ежедневно носили воду для себя и для обслуживания всего учреждения.

За несколько лет непрекращающихся ремонтов жуткие условия устранили. Да и не должна женщина, отбывая наказание, надрываться и гробить здоровье.

Это ведь не смертный приговор, и пусть здесь не сладко, но для многих жизнь после зоны продолжается.

Есть женщины в русских колониях

Окончательным потрясением стало посещение столовой. Управляющая кондитерским цехом — бывшая наркобаронесса, которую правоохранительные органы не могли поймать 18 лет. От фотографий и упоминания своего имени в статье она, как и подавляющее большинство женщин, отказалась.

Некогда она сотнями килограммов доставляла и распространяла наркотики по Иркутской области. Попав за решетку, долго демонстрировала буйный нрав: отказывалась от работы в цехах, скандалила, хамила сотрудникам и начальнику колонии.

Потом была направлена в кондитерский цех, и теперь с удовольствием стряпает пирожки и очень вкусные сладкие пирожные.

Вообще, диссонансов здесь более чем достаточно. Милые улыбки легко сочетаются с тяжелым взглядом с прищуром, от которого становится не по себе, очень приветливое отношение и вежливость — а за плечами преднамеренное детоубийство. К милым радушным хозяюшкам не хочется поворачиваться спиной: дают о себе знать инстинкты, которые сильнее разума.

На кухне работа кипит Сладости Эклеры с заварным кремом Библиотека в ярком дизайне В столовой Умывальная

Мы пришли в корпус, где сидят бывшие сотрудники органов. Они очень отличаются от обычных заключенных: чувствуется образованность, воспитание и высокая самооценка. Встречала нас ответственная за работу своего подразделения заключенная.

Она рассказала о вязальном цехе, где заключенные вышивают крестиком цветочные и библейские мотивы, со всеми познакомила. Опять возникла мысль — может, не заключенная, а сотрудница? Выдавала ее только форма одежды.

Выяснилось, что эта красивая и общительная женщина осуждена повторно за махинации с нефтью на 7 лет.

В колонии очень много цыганок. Держатся они сообща, ни о каком раскаянии и речи не идет. Подавляющее большинство из них торговали наркотиками.

Обычно это выглядит так: женщина работает «в полях», а мужчина этим руководит.

Они не лукавят, не улыбаются, не стремятся кому-то понравиться, для них все происходящее вокруг — нормальная череда жизни, еще один логичный виток спирали. Они выйдут и начнут заново, выбора у них нет.

Глядя на заключенных, которых здесь почти 900 человек, задумываешься: многим здесь лучше, чем на воле. Не получится у них «заново» начать, они не приучены ценить то, что есть: возможность работать, учиться, они не социализированы. Такие выйдут и рискуют попасть в соседнюю 40-ю колонию для тех, кто отбывает повторные сроки.

Но есть и другие. Сильные и страдающие. Не нужна им клетка, будь она хоть золотой. От них исходит жизнь и боль от того, что они здесь находятся. И верится, что у них есть шанс в будущем перешагнуть через клеймо бывшей осужденной и начать с чистого листа. Вот для них и трудятся все работники колонии. Здесь женщины могут получить аттестат и профессию, многому научиться.

Одна история

В колонии есть и салон красоты. Женщины должны приводить себя в порядок. Татьяна Витальевна прокомментировала на входе: «Единственная официальная работница парикмахерской — профессиональный парикмахер. Только поработать по профессии ей не удалось».

Войдя в помещение, я увидела девочку. Совсем юную, может быть, лет 22-х. Она смотрела на нас большими добрыми глазами. Как мне почудилось, правда, добрыми. Невысокого роста, вся в веснушках, очень красивая и молодая, она резко отличалась от тех, кого я видела здесь до этого. Она первая, к кому у меня сразу возникло сочувствие.

В прачечной сушится чистое белье Ряды швейных машинок За работой в швейном цехе Вышивка бисером руками осужденных В спальне чисто и опрятно

Девушка рассказала о своей работе, показала инструменты и журналы записи. Сразу стало ясно, что она по-настоящему любит свое дело, увлеченно и с любовью говорит о нем. На вопрос, как она сюда попала, девушка осеклась, но произнесла: «Статья 105, 1 часть». В Уголовном кодексе значится — убийство, совершенное без смягчающих и отягчающих обстоятельств.

На последующую просьбу рассказать, как это случилось, девушка выдавила из себя: «Я защищала мать», — отвернулась к окну и расплакалась. Больше вопросов задавать я не стала.

После парикмахерской мы прошли в швейный и раскроечный цеха, побывали в корпусе для пенсионеров и инвалидов. На этом посещение колонии закончилось.

Во всех нас есть пресловутый инь и ян, хорошее и плохое. Всем нам иногда хочется попроще, получше устроиться, извернуться — и вот кто-то начинает торговать наркотиками, воровать нефть и брать крупные взятки.

И с каждым может случиться так, что в один момент эмоции необратимо возобладают над разумом — тогда появляется статья «Убийство, совершенное без смягчающих и отягчающих обстоятельств». У кого-то не находится сил бороться — появляются алкоголь и наркотики и все, что с ними обычно связано.

Единственное, что мы можем попытаться сделать, — стараться быть лучше, хранить в себе любовь к настоящей честной жизни. На воле.

«Город изнутри»: Колония строгого режима – приходите к нам ещё!

Женская колония иркутской области

Кирилл Фалеев Кирилл Фалеев

И только потом, оборачиваясь, уже разомлевший от природной красоты, ты идёшь прямиком в колонию строгого режима для впервые осуждённых №19: видишь и бетонный забор, и колючую проволоку, и серьёзные лица работников ГУФСИН – всё как положено.

Девятнадцатая – самая молодая мужская колония строгого режима в Иркутской области, была открыта в посёлке Маркова в 1970 году – заключённые строили Ново-Иркутскую ТЭЦ. Потом осуждённые ещё сооружали комплекс зданий областной клинической больницы, завод кристаллического кремния в Шелехове, воссоздали сторожевую башню Илимского острога для музея «Тальцы» и многое другое. Сейчас ИК-19 – один из крупнейших в регионе производителей кованых изделий

Через пропускной пункт исправительного учреждения проходили вчетвером – две девушки плюс двое мужчин — я, сотрудница пресс-службы ГУФСИН, фотограф и сопровождающий от колонии. Женской части команды выдали по тревожной кнопке, которые надо нажимать в случае угрозы нападения, а мужчинам велели присматривать за обстановкой.

«Если её нажать, то к месту сигнала отправится отряд быстрого реагирования, но уверен, до этого не дойдёт» — успокоил сопровождающий Александр, и мы отправились в путь: в отдраенные до блеска жилые корпуса заключённых, наполненные рабочими производственные цеха, местный клуб культуры, где нам исполнили что-то из «Арии» и показали копию «Мадонны» Сальвадора Дали.

Жизнь, как она есть

Пребывание в колонии у каждого заключённого начинается с «карантина». Он представляет собой отряд из новичков, который недели две полностью изолирован от общения с другими заключёнными. Только-только поступившие знакомятся между собой; с ними работают психолог, сотрудники учреждения, рассказывают, куда они попали и как здесь устроен быт.

Домик в два этажа – со спальней, кухонькой, умывальными… «новобранцы» разговаривают неохотно, с нахальцой, но, в целом, смирные.

«Они пока даже не понимают, куда попали и что случилось. Поэтому такие необщительные – боятся. Потом привыкнут. С ними сейчас работают – выясняют, где они здесь могут пригодиться, что вообще умеют делать», — пояснил Александр.

В других жилых корпусах всё, в общем-то, одинаково – рядами стоят койки в два яруса, заправленные без единой складочки, отливают глянцем покрашенные в коричневый чистые полы, в комнате отдыха за просмотром телевизора сидят по несколько осуждённых, остальные в утренние часы на работе – в цехах или учатся.

Примечательно, что в корпусах есть свои кухни. Александр пояснил, что там есть холодильник, микроволновка, но нет плиты – готовить запрещено. Что ж, вероятно, живущие там мужчины просто асы в приготовлении блюд в микроволновке.

Осуждённые в свободное время занимаются кто чем – кто-то телевизор смотрит, кто-то картины рисует, правда таких не очень много. Есть спортсмены. Несколько лет назад все региональные СМИ писали, что в этой колонии появились занятия йогой. Что ж, может быть за несколько лет там целое практикующее сообщество образовалось?

Как рассказал один из заключённых, йога не получила популярности в стенах колонии – идейный вдохновитель освободился, затем перестала приезжать тренер, а осуждённые сильно не настаивали.

«По йоге у нас было два талантливых человека, которые ей занимались. На них двоих держалась вся группа. Потом один ушёл, освободился – в прошлом был мастером спорта СССР международного класса.

Он до сих пор практикует, преподаёт. По Иркутску дипломированных преподавателей-йогов такого класса, как он, нет.

А обучался он здесь по книгам и с тренером, когда она ещё ходила», — пояснил Александр.

Прямиком из жилых, под чуть ли не хором сказанное «Всего вам доброго, приходите к нам ещё!» мы отправились в цеха – раскалённый докрасна кузнечный и деревообрабатывающий, пахнущий свежераспиленным лесом.

Кузнецы и деревообработчики

По дороге Александр рассказал, что в колонии порядка 1,1-1,2 тысячи осуждённых, сидят они долго – до 25 лет, в основном, это убийцы и члены организованных преступных группировок.

Как и везде, тут своё общество – есть бедные и богатые, смелые и трусливые, грамотные с несколькими высшими образованиями и совершенно неспособные правильно написать свои имя и фамилию.

Никуда пока не делись все эти расслоения в обществе заключённых, статусы, о которых, по какой-то неведомой причине, знают даже школьники, но есть и изменения.

«Меняется колония, конечно. Цивилизованнее стало здесь, что ли. Есть люди, которые ничего не хотят – ни работать, ни учиться – а это, конечно, деградация. Что сказать о службе здесь… были те, кто не смогли – один день, и увольнялись.

Приходят – им рассказываешь, что это строгий режим, особые преступники. Выйдут на ежедневную проверку – а там стоит вся зона, все 1,2 тысячи человек. Это давит морально. Смотрят они на них и представляют, что всё это преступники… А если задуматься, сколько ещё преступников на свободе ходит.

Мы же их не боимся?» — делится размышлениями собеседник.

Тем временем мы уже открыли двери кузницы – в сумеречном помещении пахнет сваркой, в углах цеха заключённые в защитных масках обрабатывают железо – искры летят во все стороны. В кузнечной всё как положено: печь, молот, много железа и кузнец, стучащий по раскалённому металлу. Как пояснил спутник, скорее всего, он куёт что-то для камина.

Выяснилось, что ограждения на автодороге по улице Байкальской, кованые подставки под цветы, урны и узорчатые украшения лавочек в Иркутске – дело рук осуждённых 19-й колонии. Кроме того, городские указатели по достопримечательностям – тоже их работа.

Поговорить в этом цехе ни с кем не удалось – мужчины были заняты реальной, тяжёлой и требующей полной самоотдачи работой. Да и как, позвольте, подойти к человеку, от которого на метр вокруг рассыпаются искры? Ну уж нет – мы отправились в деревообработку.

Шагая по мягким опилкам, под звуки жужжащей электропилы мы добрались до цеха. Осуждённые тут делают срубы для домов, строгают доски – в этом месяце они вплотную заняты созданием больших, круглых бобин, на которые позже будут наматывать кабель.

«В день по 30 штук таких делаем!» — хвастается рабочий, ведя рукой по деревянной поверхности и показывая, как пойдёт линия спила.

Смена тем временем уже заканчивалась, мужчины чистили веником сапоги, готовились к обеду. На прощание, заключённые вновь пожелали нам вернуться, а Александр рассказал, что прораб на этом участке – человек необычный, награждённый орденом мужества в годы войны в Чечне.

К слову, на минуточку мы заглянули и в столовую, чтобы посмотреть, что у осуждённых на обед.

Щас спою!

После сытного обеда, по закону Архимеда полагается… нет, не поспать. Трудящиеся и обучающиеся мужчины вернутся на рабочие места. А мы пойдём в местный Дом культуры – там как раз репетирует музыкальная группа.

Три гитары, синтезатор, барабаны и вокал – шесть человек на сцене исполняют медленную чуть с хрипотцой песню в жанре шансон. По просьбе журналистов, музыканты согласились исполнить и композицию из репертуара «Арии». Как признался сам солист, раньше очень любил петь «Штиль», но потом что-то надоело.

Александр рассказал, что барабанщик группы – человек уникальный в своём роде, умеет играть на всех инструментах, а солист раньше был отъявленным бандитом: «Хулиган из хулиганов был – 209-я статья, ОПГшник в прошлом, а потом в клубе себя нашёл».

На втором этаже Дома культуры нам показали небольшую художественную мастерскую. Прямо над входом на стене единолично красуется копия работы Сальвадора Дали «Мадонна».

«Вот эту «Мадонну» – три недели рисовал. Можно и за четыре было – чем дольше – тем лучше, прорисовка больше. Восемь или девять лет рисую, но считаю, что я только начинающий», — рассказывает художник и он же солист группы.

Кирилл Фалеев Кирилл Фалеев Кирилл Фалеев

Оказалось, в шкафу у мужчины целая серия книг по живописи с репродукциями работ классиков.

Путешествие по колонии подходило к концу. Сотрудник пресс-службы ГУФСИН по Иркутской области Юлия Савельева заметила напоследок, что судьба заключённых, при всём видимом комфорте, нелегка. Они отбывают срок на протяжении многих лет – 10,15… 25.

Учатся, приобретают профессию, работают, находят себе какие-то занятия, обретают друзей, привыкают к укладу жизни, и однажды… выходят на свободу. На ту самую, с видом на просторное поле и лес вдалеке. Многие очень боятся именно этого момента – кого-то ведь дома и не ждут вовсе.

Как адаптироваться в изменившемся мире, начать жизнь почти с нуля – все эти вопросы ложатся на плечи освободившегося человека мгновенно, а помочь ему некому.

Екатерина Тимофеева17:39, 29 февраля 2016

Женская колония иркутской области

Женская колония иркутской области

Из сохранившихся документов можно узнать, что с 1933 года в верховьях реки Куды у колонии имелись лесоразработки. Лес сплавляли плотами из улуса Байтог до посёлка Бозой.

Поскольку колония имела сельскохозяйственное назначение, то в больших количествах сеяли пшеницу и другие злаки, имелись зерноток, мельница, пекарня, фермы, функционировали сыроварня, маслозавод, работали автотракторный парк и конный парк.

С 1 декабря 1936 года впервые ввели ответственных дежурных по совхозу на сутки с 08:00 до 08:00 следующего утра, «на обязанностях коих лежит обход всех производственных точек совхоза и полевых токов».

В приказе была указано, что завхозу необходимо «выделить специального коня для ответдежурного».

15 ноября 1937 года была учреждена исправительная колония, которая называлась Усть-Ордынский совхоз Исправительно-трудовая колония УИТЛиК УНКВД по Иркутской области.

Поселок Бозой — место само по себе удивительное. Находится он, как кажется, в абсолютной невесомости, нигде.
Путь от Иркутска занимает около полутора часов езды мимо пастбищ, равнин, небольших холмов. Через полчаса дороги глаз ищет, за что зацепиться, найти ориентиры.
Пейзаж, как поставленный на повтор кадр, угнетающе однообразен.

Сам поселок — небольшой клочок земли, просматриваемый насквозь, застроенный неприглядными бараками и домиками. Ни центрального водоснабжения, ни канализации здесь нет.

Зато есть «градообразующее предприятие»: две женских колонии ровно посередине поселка и на отшибе — колония-поселение для женщин и мужчин. О жизни колонии № 11 поселка Бозой читайте в репортаже корреспондента IRK.ru.

Женская тюрьма в иркутской области

  • Сибирский ФО
  • Иркутская область
  • ФКУ ОИК-1

ОИК-1 п. Бозой

Фку объединение исправительных колоний № 1 гуфсин россии по иркутской области

Адрес: 669511, п.
Бозой Эхирит-Булагатского района Иркутской области, ул. Кирова, 1

Телефон(ы): (39541) 3-15-75

Начальник: подполковник внутренней службы Даглаев Леонид Георгиевич

Внимание! Данная карта носит исключительно иллюстративный характер, т.к.
сервис Яндекс пока не умеет во всех случаях точно определять положение на карте.

Женская колония в иркутской области

Только поработать по профессии ей не удалось».

Войдя в помещение, я увидела девочку. Совсем юную, может быть, лет 22-х. Она смотрела на нас большими добрыми глазами.
Как мне почудилось, правда, добрыми. Невысокого роста, вся в веснушках, очень красивая и молодая, она резко отличалась от тех, кого я видела здесь до этого. Она первая, к кому у меня сразу возникло сочувствие.

Девушка рассказала о своей работе, показала инструменты и журналы записи.
Сразу стало ясно, что она по-настоящему любит свое дело, увлеченно и с любовью говорит о нем. На вопрос, как она сюда попала, девушка осеклась, но произнесла: «Статья 105, 1 часть».
В Уголовном кодексе значится — убийство, совершенное без смягчающих и отягчающих обстоятельств.

На последующую просьбу рассказать, как это случилось, девушка выдавила из себя: «Я защищала мать», — отвернулась к окну и расплакалась.

Исправительная колония общего режима ИК № 11 (п. Бозой) для осужденных женщин создана на базе ИТК №11, которая в декабре 1954 года была реорганизовали из сельскохозяйственной колонии. В 1970 году в п. Бозой была создана ИТК-40, а в 1995 году – колония-поселение №44.

Внимание

В 1999 году на базе исправительных учреждений №11, 40, 44 было организовано Объединение исправительных колоний № 1. Исправительное учреждение ФБК ИК №11 общего режима для осужденных женщин ОИК №1, имеет лимит наполнения 965 мест, включая больницу на 130 койко-мест.

Важно

Место дислокации: 669511, Иркутская область, Эхирит-Булагатский район, п. Бозой. В результате реформирования уголовно-исполнительной системы осенью 2009 года, в объединении прошел процесс разделения осужденных.

Теперь женщины, впервые попавшие в исправительное учреждение, отбывают наказание в ИК №11 — отдельно от рецидивисток, находящихся в ИК №40.

Женская колония бозой иркутской области

Среда, 16:00 — 17:00

В выходные и праздничные дни приём граждан осуществляется ответственный по учреждению.

График работы комнаты ожидания для родственников ОИК-1 Ежедневно, 08:00 — 19:00 График работы комнат свиданий, приема передач ИК-11 Вторник — суббота, 10:00 — 19:00 Перерыв на обед 12:00 — 13:00 График работы комнат свиданий, приема передач ИК-40 Ежедневно, 10:00 — 19:00 Перерыв на обед 13:00 — 14:00 График работы комнат свиданий, приема передач КП-44 Ежедневно, 10:00 — 19:00

Из истории возникновения ОИК-1

В 1932 году обширные земли Кудинской долины (в слиянии рек Куды и Сухая Куяда) Усть-Ординского округа были переданы в распоряжение НКВД, где был организован поселок-скотосовхоз НКВД для спецпереселенцев преимущественно из европейской части Советского Союза – Воронежской и Курской областей, Белоруссии и Украины, Мордовии и Татарии.

Иркутской области Врио начальника: полковник Космылин Андрей Иванович Адрес: 664001, г. Иркутск, ул. Баррикад д. 57 Телефон: 8 (3952) 34-58-03, факс: 8 (3952) 34-58-00 Сайт: http://38.fsin.su/index.php

Учреждения, подведомственные ГУФСИН по Иркутской области: СИЗО-1 Иркутск, СИЗО-2 Братск, СИЗО- 3 Тайшет, СИЗО-5 Тулунская крытка, СИЗО-6 Ангарск, Ангарская Воспитательная колония, ИК-2 Ангарск, ИК-3 Иркутск, ИК-4 Плишкино, ИК-6 Иркутск, ИК-7 Ангарск, ИК-14 Ангарск, ИК-15 Ангарск, ИК-19 Марково, ИК-25 Вихоревка, КП-22 Тайшет, КП-39 Улькан, КП-51 Плишкино, ЛИУ-27 Вихоревка.

Женская исправительная колония иркутская область

Начальником колонии был назначен тогдашний директор поселка-скотосовхоза НКВД П.М. Бобрицкий. С 7 октября 1937 года начальником заступил И.В.

Никонов, затем, в 1938 году, начальником был Н.Н. Орлов.

В декабре 1954 года сельскохозяйственную колонию реорганизовали в ИТК-11. В 1970 году в Бозое была создана ИТК-40, в 1995 году – колония-поселение № 44.
В 1999 году на базе исправительных учреждений № 11, 40, 44 создано Объединение исправительных колоний № 1.

На сегодняшний день Бозойское ОИК – это динамично развивающееся учреждение с развитой инфраструктурой и мощной производственной базой. В ИК-11 функционируют швейная фабрика, вязальный цех. При фабрике создано профессиональное училище, где женщины-осужденные, не имеющие специальность, могут обучиться профессии швеи. В колонии есть вечерняя средняя школа.

Базой иркутская область колония женская

Сами клумбы выглядят как дипломные работы ландшафтных дизайнеров: встречаются альпийские горки, клумбы в виде стрекоз и даже зеленые скульптуры.

У каждой секции стоит беседка, в которой женщины общаются и отдыхают.

При виде незваных гостей-журналистов и начальницы колонии женщины встают и приветствуют нас «по форме», а потом стараются поскорее отвернуться, спрятаться друг за друга. Такая известность им не нужна.

Весь этот антураж никак не укладывается в страшное слово «зона», которое в нашей стране вызывает ужас на генетическом уровне. Слишком тут уютно, до педантизма чисто.

Татьяна Витальевна сетует: «Выходит про нас статья, а потом начинаются жалобы — что это у вас лучше, чем в детских домах и домах престарелых? Курорт, а не зона». И тут же поясняет, что зона живет строго по законодательству.

Никаких поблажек у здешних заключенных нет, никто их с ложки не кормит.

Бозой иркутская область женская колония

На территории колонии №11 выполнен большой объем работ по благоустройству: произведен монтаж отопительной системы и выполнен ремонт здания общежития. Только один процент женщин, отбывающих наказание, имеют высшее образование. Высок уровень рецидивов – до 90%.

На сегодняшний день Бозойское ОИК №1 – это динамично развивающееся учреждение с развитой инфраструктурой и мощной производственной базой. В ИК №11 функционируют швейная фабрика, вязальный цех.

При фабрике создано профессиональное училище, где женщины-осужденные, не имеющие специальность, могут обучиться профессии швеи. В колонии есть вечерняя средняя школа. Обучению осужденных женщин, в учреждении уделяется большое внимание.

В ближайшее время осужденных женщин в бозойской исправительной колонии №11 ГУФСИН России по Иркутской области начнут обучать моделированию и конструированию швейных изделий.

Фку оик-1 «объединение исправительных колоний №1» п. бозой, иркутская область

КонтактыАдрес: 666301, Иркутская область, г.

Женская колония иркутская область

Для направления обращения необходимо воспользоваться сервисом Интернет-приемная)

Начальник объединения исправительных колоний № 1: полковник внутренней службы Даглаев Леонид Георгиевич

Начальник ИК-11: полковник внутренней службы Фролова Татьяна Витальевна

Начальник ИК-40: подполковник внутренней службы Хаустов Михаил Георгиевич

Начальник КП-44: подполковник внутренней службы Степанов Владислав Родионович

В 1932 году обширные земли Кудинской долины (в слиянии рек Куды и Сухая Куяда) Усть-Ординского округа были переданы в распоряжение НКВД, где был организован поселок-скотосовхоз НКВД для спецпереселенцев преимущественно из европейской части Советского Союза – Воронежской и Курской областей, Белоруссии и Украины, Мордовии и Татарии.

На Урале бывшие заключенные заявили о пытках в женской колонии № 16. Прокуратура начала проверку

Женская колония иркутской области
https://www.znak.com/2019-03-06/na_urale_byvshie_zaklyuchennye_zayavili_o_pytkah_v_zhenskoy_kolonii_16_prokuratura_nachala_proverku

2019.03.06

Сегодня в Екатеринбурге представители «Межрегионального центра прав человека» на пресс-конференции заявили, что в женской исправительной колонии № 16 сотрудники издеваются над заключенными — жестоко наказывают изнурительными работами за тихое приветствие и жалобы на условия содержания, ограничивают в гигиенических процедурах, не оказывают медицинскую помощь и заставляют по несколько дней стоять на ногах в штрафном изоляторе. Подобные порядки, говорят правозащитники, царят в ИК несколько лет, однако о происходящем осужденные заявить боялись. Их слова подтвердили женщины, недавно освободившиеся из колонии. Они объяснили, что решились на заявление только сейчас, так как активисты их собрали вместе. Прокуратура Свердловской области уже начала проверку по этим заявлениям. 

«Любая попытка передать информацию на волю для них чревата последствиями»

Наталья Виноградова, вышедшая на волю из ИК-16 22 января, рассказала, что за нарушения заключенных отправляют с утра до вечера переносить из одной части колонии в другую снег или навоз. Сами нарушения, по словам девушки, сотрудники колонии придумывают.

«Если ты кому-то что-то не так скажешь, не поздороваешься с сотрудником колонии, который идет за твоей спиной, сделаешь замечание, кто к тебе на ты обращаются, — ты за это пострадаешь. Там есть чего бояться.

Еще они любят сочетать несколько видов наказания за нарушения — я получила выговор, меня перевели в другой отряд, на другую неофициальную работу», — рассказала она.

Лариса ЛитвинцеваЯромир Романов

Другая бывшая заключенная, Ольга Козленко, добавила, что после перевода в отряд, сотрудники колонии полностью забирают зарплату. За одно нарушение штрафовали вплоть до пяти раз, рассказала она. 

Лариса Литвинцева, также ранее отбывавшая наказание в ИК-16, сообщила, что ради своего удовольствия сотрудники колонии устраивали «пожар» — заключенные по тревоге должны свернуть матрас, взять его и выбежать из барака для построения. Эту «противопожарную тренировку» повторяли снова и снова, пока не надоест сотрудникам, уверяет она.

Самые серьезные нарушения связаны с условиями пребывания в штрафном изоляторе (ШИЗО), куда заключенных иной раз помещали, не имея на то законных причин, заявили выступавшие на пресс-конференции. Как рассказала Литвинцева, ее перевели туда в 2016 году, так как она отказалась работать сверх положенных по закону двух часов на благоустройство колонии.

Она сказала (и остальные девушки ее поддержали): всех, кто попадал в изолятор, сотрудники колонии заставляли весь день проводить на ногах. Сидеть можно было только во время приема пищи, которую накладывали в железную тарелку на полу, и когда надо было сходить в туалет.

Опираться на стену помещения также запрещалось — за поведением женщин сотрудники следили с помощью камер, установленных в ШИЗО, и по «домофону» начинали угрожать, как только заключенный пытался присесть. «Я провела там три дня, в последние дни не было уже сил, пыталась присесть. Физическую силу они ко мне лично не применяли.

Но вот моя знакомая, с которой мы вместе кушали в столовой, говорила, что они в качестве наказания положили ей на голову три книги и стали бить по голове молотком», — сказала бывшая заключенная.

Ольга КозленкоЯромир Романов

Козленко добавила, что другим заключенным запрещали проносить в камеру гигиенические принадлежности, а также говорили, что они должны «заслужить», чтобы присесть и попить. Иногда в ШИЗО перекрывали воду, тогда на гигиенические процедуры выдавали лишь стакан воды.

 «А в то время ШИЗО меньше 15 суток не давали. Что-то не понравилось руководству, они еще продлевали срок. Воды не было, запах стоял ужасный, аммиачный», — сказала она.

«Кто-то подмывался горячим чаем, кому-то говорили брать вторую часть из-под мыльницы и туда набирать воду для гигиенических процедур», — подтвердила слова других бывших жителей колонии Виноградова.

«Девушки плакали, но говорили, что у них все хорошо и замечательно»

Девушки, рассказывающие об условиях содержания, также заявили, что на них постоянно давили психологически.

Каждая просьба следовать закону, уверяют они, оборачивалась для заключенных санкциями от руководства колонии или отдельных сотрудников.

Пожаловаться родным также было нельзя — телефоны прослушивают, письма вычитывают, женщины боялись, что в следующий раз им могут просто отказать в звонке. По этой причине о творившемся в колонии не было известно до сих пор. 

«Проблема этой колонии была так затолкана внутрь, что выявить ее было непросто. Когда мы только приехали, нам сразу вынесли кипу заявлений, что девушки отказываются с нами общаться. Мы объяснили администрации, что мы общественная организация. Тогда они провели нас в помещение, куда затем приводили девушек. 

В присутствии охраны девушки плакали, при этом говорили, что у них все хорошо, замечательно. В итоге, нам удалось двух девушек разговорить — они рассказали, что на самом деле там происходит.Помимо этого, мы неофициально встречались с двумя сотрудниками колонии, которые также сообщили информацию. После обращения в ГУФСИН России по Свердловской области, нам вновь удалось посетить колонию и конфиденциально переговорить с восемью девушками.

Эти переговоры мы снимали на камеру. Они вновь рассказали о том, что происходит в колонии.

И добавили, что любая попытка передать информацию на волю чревата последствиями», — рассказал исполнительный директор «Межрегионального центра прав человека» Алексей Соколов.

Алексей СоколовЯромир Романов

По словам Соколова, сейчас женщин-заключенных, встретившихся с правозащитниками и заявивших о «репрессиях», наказывают — например, заставляют убирать «бесконечный снег» на территории колонии.

Председатель правозащитной организации Роман Кочанов сообщил, что по результатам их общественного расследования они направили всю информацию, которую им удалось собрать, видеозаписи и аналитическую справку в следственный комитет для возбуждения уголовного дела по статье 117 УК РФ («Истязание») и в прокуратуру Свердловской области. «Отдельно я бы хотел сказать слова благодарности руководству ГУФСИН по Свердловской области, которые способствовали выявлению проблемы. И подчеркну, мы уверены, что происходящее в колонии не связано с руководством ГУФСИН, это самодеятельность администрации данного исправительного учреждения», — уточнил Кочанов.

В ГУФСИН считают, что все происходит по закону

ИК-16 — одна из самых новых колоний Свердловского ГУФСИН. Учреждение открыли в 2015 году, перепрофилировав Краснотурьинскую воспитательную колонию для несовершеннолетних. Сейчас в ней, по данным самого ведомства, находятся 420 человек при лимите в 430 заключенных.

«Эта колония уникальна — все женщины работают, платят по искам. Там новые здания, бытовые условия очень хорошие. У них есть свои творческие группы, постоянно проводятся литературные вечера и конкурсы красоты в выходной день, недавно они проводили конкурс платьев, шили их из отходов, из пакетов.

Кроме того, в этой колонии 100% укомплектованность сотрудников — везде есть недобор, а здесь вакансии закрыты, причем большинство служащих — женщины, которые могут применять физическую силу по отношению к осужденным только в крайних случаях», — сообщил Znak.

com начальник пресс-службы регионального управления ФСИН Александр Левченко.

Левченко пояснил, что у правозащитников и заключенных нет фактических доказательств того, в чем они обвиняют сотрудников колонии — ни дат, ни имен. Обвинения не подтверждаются и документами колонии. 

Так, сообщил начальник пресс-службы, навоз носили в рамках статьи 106 УИК РФ, согласно которой заключенных могут привлекать к благоустройству территории на два часа в день.

«Опил с навозом переносили в носилках, попарно, не более 7 кг на человека», — уточнил он. Горячая вода в колонии есть, помывка производится по графику два раза в неделю.

В камерных помещениях ШИЗО есть и кровати, и столы с табуретами для еды, и санузел, причем тех, кто водворен в изолятор, ежедневно проверяют медики, сообщает представитель службы исполнения наказания. Что же касается индивидуальных средств гигиены, то они, по правилам колонии, действительно выдаются только на время помывки.

Практики сажать в ШИЗО всех подряд в колонии нет, уверил Левченко, так как за последние месяцы, согласно документам, в изолятор были водворены всего семь человек.

ИК-16 считается образцовойскриншот /

«Жалоб на ухудшение здоровья за время нахождения в ШИЗО от осужденных не поступало. Случаев наложения взысканий в виде „продления дополнительных суток в ШИЗО“ в учреждении не зафиксировано. У осужденных, содержащихся в ШИЗО в период декабрь 2018 года — январь 2019 года, телесных повреждений не обнаружено», — уточнил Левченко.

Начальник пресс-службы ГУФСИН также отметил, что некоторые из женщин, заявлявших о «репрессиях», имели многочисленные поощрения и были освобождены досрочно, хотя говорилось, что шансы выйти по УДО у нарушителей сгорают.

Также Левченко сообщил, что часть бывших заключенных, заявляющих о проблемах с ШИЗО, в нем и не сидели.

Саму же пресс-конференцию Левченко расценил как «акцию к 8 Марта» от руководства «Межрегионального центра прав человека», которые стремятся «раскачать» колонию.

«Я могу допустить, что попался один ненормальный сотрудник, который заставлял их стоять в ШИЗО. Все-таки человеческий фактор может быть, спрос большой, нагрузки большие, у нас, например, нет таких начальников колоний, которые бы не имели выговоры.

Но один сотрудник — это же не практика. Да, они обратились в прокуратуру.

Можно все что угодно говорить, мы нашли кучу противоречий в их словах, но, если найдут [доказательства], что вот этот сотрудник не давал сесть в этот день, мы поддержим! Наши сотрудники работают в этом плане, устраивают внезапные проверки», — сказал глава пресс-службы Свердловского ГУФСИН, добавив, что юристы управления дадут высказываниям активистов правовую оценку. 

Прокуратура инициировала проверку 

На прошедшую пресс-конференцию правозащитники приглашали представителей Свердловского СКР, прокуратуры, а также уполномоченного по правам человека в области Татьяну Мерзлякову и помощника начальника ГУФСИН Георгия Губанкова. Никто из них на мероприятие не пришел. 

Тем не менее после мероприятия прокуратура Свердловской области объявила о начале проверки по доводам, изложенным правозащитниками и заключенными. Сотрудники аппарата прокуратуры выехали в колонию, чтобы на месте проверить доводы общественников.

«В настоящее время получены и изучаются видеоматериалы с записями пояснений осужденных о нарушении их прав на надлежащие условия и порядок отбывания наказания в данном исправительном учреждении», — сообщили Znak.

com в пресс-службе регионального надзорного ведомства.

В прокуратуре отметили, что в 2018–2019 годах в ИК-16 выявлялись нарушения бытовых и санитарных условий содержания, зафиксирован недостаток вещевого довольствия, были установлены нарушения трудового законодательства. Начальству также было выдано предписание о несоблюдении требований пожарной безопасности.

«При проведении проверок в ИК № 16, а также при рассмотрении обращений осужденные не сообщали о применении к ним пыток, насилия, иного неправомерного воздействия.

Свидетельств использования администрацией ИК № 16 методов воздействия, не соответствующих требованиям уголовно-исполнительного законодательства, органами прокуратуры ранее не выявлялось», — уточнили в прокуратуре.

По результатам проверки будет принято процессуальное решение. 

Хочешь, чтобы в стране были независимые СМИ? Поддержи Znak.com

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.